Это история о том, как я поступил на работу в посольство США. В ней есть забавные анекдотичные эпизоды, я люблю рассказывать ее друзьям, надеюсь и Вам будет интересно.
Безработица
В конце 1991 года я со своей первой женой остались без работы. Незадолго до этого канул в историю СССР. Мы только поженились, сыграли дома простую молодежную свадьбу на деньги, взятые в долг у друга-художника с Вернисажа, и просидели дома весь медовый месяц, так как азербайджанцы тогда впервые взорвали газопровод в Армению, и Джермук, куда мы по дешевке собирались поехать, остался без тепла.
Программисткая компания АрмСофт (не путать с нынешним Армсофтом) , которую мы с друзьями сформировали из бывшего армянского отделения австро-литовской компании Baltic Amadeus за два года до этого, и которая была вначале очень успешной, развалилась из-за внутренних противоречий и начинающегося экономического кризиса. АрмСофт было очень жаль терять. В пике успеха, он приносил нашему маленькому коллективу в 5-6 человек приличные по тем временам деньги и максимум творческого удовлетворения. Прямо перед развалом Союза, Горбач вдруг решил технически перевооружить всю милицию. Денег им навалили прорву, и воспользовавшись шансом, мы оснастили все отделения милиции в Армении, а также в Литве созданной нами программой Фоторобот и .....компьютерами для нее. Компьютеры тогда были еще редкостью. Фоторобот был милиции на хрен нужен, они продолжали по-старинке пользоваться слайдами, скорее им были итереснее компьютерные игры, которые мы поставляли вкупе с десктопом.
Другой нашей гордостью была одна из первых тогда мультимедийных программ в Армении, «Armenian Monuments” для которой я составил сценарий и сделал на примитивном Paint Brash-е всю графику. Позже, когда я одолел азы примитивного программирования и заново самостоятельно переписал саму программу, сделав ее намого интереснее и компактнее пепрвоначальной версии, ядро которой написал профессиональный программист, я получил за нее первое в независимой Армении свидетельство о защите авторских прав на программную продукцию.
Кроме того, если кто помнит, в детской картинной галерее Игитяна мы установили тогда компьютеры и устроили первую выставку обучающих программ, по наивности разработанных нами для абсолютно неплатежеспособных школ. Выставку, ни к селу ни к городу, посетил и отметился в книге отзывов, проездом из Москвы, знаменитый следователь и скандальный депутат Тельман Гдлян, чему мы почему-то очень обрадовались.
Но все это ушло, денежки кончались, и в начале 1992 я принялся составлять эффектное резюме. Выложил особо детально все то, что у меня было в багаже и чего не было у большинства других в тот первый пост-советский год: спонсированную диаспорой учебу по бизнесу в Йоркском унивеситете Торонто в еще-советском 1990 году, президентство в своем подпольном английском клубе, неформальную работу по линии народной дипломатии, в качестве регионального представителя Центра Социальных Инициатив из Сан-Францисско, свою софт и архитектурную карьеру, статьи, исследования, патенты и т.п. Для сражения наповал добавил фразу «Участвовал в церемонии Инаугурации Президента Джрджа Буша (старшего)». Это был коронный номер! Участвовать-то я участвовал - стоял с биноклем в 500 метрах от трибун перед Капитолием. Но у читающих эту строку неискушенных тогда соотечественников создавалось впечатление, что я там был наверное по его личному приглашению и стоял, как-минимум, рядом.
А еще в багаже у меня был очень неплохой американский разговорный английский (в те времена, несмотря на наличие языковых ВУЗ-ов, людей, говорящих свободно на хорошем разговорном английском в Ереване можно было пересчитать по пальцам) и полученные в США и Канаде навыки бескомплексного поведения во вреям интервью, хорошее знание того, как там надо себя вести, как держать интервьюёра на прицеле глаз, вести себя уверенно и на равных, как подавить ложную скромность, четко давать именно нужную информацию, и точно и коротко итти к обсуждаемой цели.
Приключения в поисках работы: Министерство Экономики
Высокопоставленных знакомых у меня не было, да и не в привычке у меня было пользоваться протекцией. Но резюме нужно было куда-то девать.
Позвонила переводчица с французского и моя хорошая подруга Асмик и сообщила , что тогдашний Первый Вице-Премьер и Министр Экономики Грант Багратян создает внешнеторговый департамент и прямо сейчас идет конкурс на заполнение его штатов. Я отбрыкивался - «я же человек творческой профессии! Ну что они могут мне предложить? Роль референта или переводчика? Грошовую зарплату! У меня же была такая интересная карьера. И деньги взятками зарабатывать не буду! Ни-за что не соглашусь!»
Но жить на что-то было надо и Асмик меня уломала зайти в министерство в тот момент, когда там шел этот самый конкурс. В приемной, перед дверью комиссии, толпились нервные, все свои - из аппарата, раскрасневшиеся от волнения люди средних лет и старше. Еще бы! Разыгрывались дефицитные должности начальноков отделов такого департамента! Внешняя торговля!
Там же выяснилось, что зарплаты в министерстве мизерные. «Асмик, пошли отсюда!» - начал умолять я.
«Хоть к помощнику зайдем» - начала управшивать Асмик - «резюме оставишь, может посоветует он чего». Зашли в дверь напротив Багратяновской. Помощник, Бегларян, удивленно воззрился на мое резюме и выбежал с ним из комнаты. Через минуту вернулся. «Вы знаете, срок подачи заявления прошел давно, но Министр хочет вас принять прямо сейчас, без очереди. Вот список будущих отделов - укажите на какую должность вы бы хотели поступить». Резюме сработало. Я воззрился на список - сплошная бюрократическая абракодабра. Наконец мне на глаза попалось что то нейтральное, и возможно, «выездное» - «Начальник отдела иностранных экономических отношений» и я поставил напротив него жирную галочку.
По пути в приемную комиссии, я сделал еще одну попытку слинять, но Асмик стояла горой и втолкнула меня вовнутрь. Про себя я решил, что и ноги моей здесь не будет, но было интересно чем окончится шоу.
Грант Багратян сидел в дальнем конце длинного стола, за которым восседала с важным и мрачным выражением лица куча незнакомого народу среднего и почтенного возрастов. Склонив голову он читал резюме, в то время как остальные члены комиссии возмущенно поглядывали на меня, мол, это еще кто? Потом произошел следующий диалог с Багратяном:
Г. - Здравствуйте
А. - Здравствуйте
Г. -А скажите, чем, по вашему мнению, должен заниматься этот отдел?
А. - Ну, судя по названию, установлением международных экономических отношений!
Г. - А каие вы знаете международные финансовые организации?
А. - мммм....Всемирный Банк и ...мммм....Международный Валютный ..Банк
Кто-то из старперов, возмущенно - Фонд!
А. - хорошо, фонд
Г. - а вообше, чем мы занимаемся знаете?
А. - понятия не имею, г-н Министр, я у вас впервые
Г. - Как, вы даже нашу структуру не знаете?????
А. - Нет
Г. - Как? Я ее в первом этаже вывесил!!!!
А. - Не заметил (пауза молчаливого возмущения присуствующих)
Г. - А английским хорошо владеете, ну-ка подойди-те сюда, прочтите и переведите . (Протягивает том с договорами о вступлении разных стран в ВТО. Открываю на угад, читаю перевод без запинки)
А. - Хватит?
Г. - Хватит. Садитесь
(Пауза. Снова читает резюме.)
Г. - Ахар, шат лав банера грац! Может на зам-начальника этого отдела подадите?
А. - Нет, только на начальника (опять возмущенное шушукание в комиссии)
Г, подумав. - А может на начальника Отдела Экспертизы Иностранных Инвестиций?
Про себя бытро думаю - Так. Экспертизы. Это значит решать, кого пускать, а кого нет? Место супервзяточника.
А. Нет, г-н Министр, мне хочется в предыдущий отдел (возмущение в комиссии читается в каждом взоре и искривленном рте)
Г. Ладно, мое условие такое - сегодня в три, Вы встречаетесь с моим замом Исраеляном для беседы, и по его рекомендации идете либо начальником в Отдел Экспертизы либо замом в Отдел Иностранных Экон Отношений.
Выхожу. Тяну Асмик - «Пошли отсюда, не нужно мне это». «С ума сошел!» - кричит мне Асмик - «Тебе без протекции, с улицы, такую должность предлагают. Здесь люди пятнадцать лет пашут прежде чем на такую должность попасть, и то - не каждому дано!!!. Обязательно пойди сегодня! Без копейки сидишь небось»!
Уломала. Три часа. Пожилой и интеллигентный Исраелян радушно принимает меня и сразу начинает «Рад. Рад. Мы многому должны у вас поучится. В конце недели мы вышлем вас в Москву на спецкурсы....».
Так, думаю про себя, эти за меня все решили. «Мне нужна неделя - говорю я. «Зачем? Какая неделя? - удивляется Исраелян - Приказ уже на столе Министра!» .
«Мне нужна неделя, чтобы поискать работу получше - говорю я - Если не найду, приду к Вам!»
МИД
Через неделю я позвонил и отказался. Родственники меня чуть не загрызли. Прошла еще неделя. Я шел мимо здания МИДа на Баграмяна. Министром тогда, причем единственным любимым народом министром, был Раффи Ованнисян. У меня мелькула шальная мысль. Я зашел в тамбур, набрал по списку номер приемной министра и попросил встречи с ним. Ответила секретарша:
- А кто Вы, представьтесь, что вам нужно от министра?
- «Хайреникис узум ем им цараютьюннера арачарькел» - ответил я, почему-то переходя на какой-то американо-ахпарский сленг и удивляясь самому себе. И добавил, что мол, в двоих бизнесах был, опыт международный имею и заграничное образование и страсть как хочу стране помочь!
Секретараша тут же перешла на бюрократический сухой тон, заявила что министр сейчас занят, но взяла номер домашнего телефона и заявила, что, мол, потом со мной свяжуться. Дохлый номер! - подумал я и пошел домой.
К девяти вечера мне домой неожиданно позвонил какой-то американец, назвался Метью Тер-Манвеляном, представился начальником отдела США и Канады МИДа, извинился за занятость министра и спроосил, чем он мне может помочь. Секретарша министра явно приняла меня за ахпара. Я повторил ему свое желание и аргументы, и сказал, что хотел бы представлять Армению за рубежом. Метью не высказал никакого удивления. Наоборот, пообещал посодействовать встрече, а до этого встретиться с ним, завтра же.
Назавтра утром, в отделе США и Канады, Метью приятно поразил меня тем, что вместо сухого, короткого, безнадежного и надменного допроса, каким бы занялся любой армянский бюрократ на его месте, он первым делом потащил меня в отдел, познакомил со всеми сотрудниками-дипломатами, обьяснил функции каждого из них и только потом мы начали беседовать о деле. Он подробно расспросил меня о моей биографии и попросил на месте перевести письменно какой-то официальный текст, что я и сделал. Я не стал тянуть: «Мэтью, так ты мне встречу можешь устроишь?». «Я думаю, смогу!» - спокойно ответил он. И взял у меня копию моего резюме.
По ходу я выяснил, что в МИДе были самые низкие зарплаты из всех министерств и это поубавило мой оптимизм. Дома, когда я собрался лечь, повонил телефон. На том конце был помощник министра, рыжий парень по прозищу Кяж, который тут-же начал источать дифирамбы:
- Министр очень сожалеет, что не смог вас приянть вчера!
- Министр будет счастлив вас приянять завтра в 11:00!
- Мы получили о вас такие хорошие отзывы! (Молодец Мэт! - подумал я)
Решение не работать в МИДе, ввиду нищенских зарплат, я уже принял, но на приглашение согласился. А вдруг.
Раффи встретил меня в типичносвоем американском стиле, радушно и с распростертыми обьятиями. «Сan we continue in English, Sir?” - спросил я его сходу и получил утвердительный ответ.
Я начал с того, что подарил ему одну из своих статей, и он тут же пошел и отксерил для меня за перегородкой свою.Потом я сообщил ему, что хотел бы работать в наших посольствах в англоязычных странах. Раффи кинулся обьяснять, что он хотел бы ввести принцип ротации - два года за рубежом, два в столице, ведь это одно и то же. «Вы отлично знаете, что это не одно и то же» - улыбнулся ему я. В конце, Раффи сообщил что с удовольствием возьмет меня в отдел США и Канады. Я тут же перевел разговор на другую тему и спросил его глядя пряма глаза:
- May I talk to you as a man to a man?
- Yes, sure.
- I need to support my family. How much are you going to pay me?
Министр абсолютно не сконфузился, сообщил сколько получает сам (какой-то мизер) и примерно сколько буду получать я (в три раза меньше). После этого повторилась сцена, которая неделю назад произошла в мин экономике у Исраеляна. «Мне нужна неделя» - сообщил я министру - Чтоб поискать что-нибудь более высокооплачивание. Не найду - вернусь ак Вам».
На обратном пути я зашел к Мэтью в отдел. «Шеф предлагает мне работу у вас». Тут я решил идти до конца: «Есть одна проблема. Мне уже стукнуло тридцать, и мне не хотелось бы начинать с дип ранга Третьего Секретаря» (в это время самый старший дип-ранг сотрудников его отдела был на уровне не выше третьего-второго секретаря). Как думаешь , можно мне сразу Первого Секретаря?» . Мэтью даже не удивился : «Я не думаю, что будут проблемы».
Я вернулся домой, по пути обдумывая бедственное состояние кадрового вопроса в стане.
Через неделю я позвонил и отказался. Родственники линчевали меня во второй раз.
Американское Посольство
Прошла неделя. Знакомая, Гаяне, спросила: «А почему бы тебе не попробовать поступить в Американское Посольство. Они только что открылись». Затея эта показалась мне совсем идиотской. «Ты хоть понимаешь, что ты говоришь? Я и понятия не имею, чем они там в посольствах заняты. Скерхбюрократия и бумажная волокита, наверное. И на всех приличных постах наверное их дипломаты. Я же архитектор, на худой конец - в западном бизнесе смыслю. Я же там сдохну со скуки!».
Но другого ничего под рукой не было и я оставил свое резюме в конвертике в приемной гостиницы Раздан, где тогда на седьмом этаже ютилось первое западное посольство в Армении. Не на какую-то определенную должность, а просто так.
Прошло около месяца. Уже забылось. Звонок. Симпатичный женский голос на другом конце. «А вы не хотите прийти на интервью?»
Прямо в лифтовом холле на седьмом этаже за столом с возвышающимя на нем невероятно огромным букетом белых роз восседала высокая и стройная принцесса-ассистент Анна. Грех было дипломатам не дарить такой по букету в день. Пока я ждал своей очереди на интервью, по всей видимости у администратора-кадровика, я успел выяснить у Анны что долларов здесь не платят, но вот средний размер зарплат остался тайной - правильное американское табу. Тут из двери соседского номера вышел какой-то грозного вида и крупного сложения мужик и спросил: «Are you Andrew? Wait for me here”. И снова скрылся в кабинете.
Через пять минут, в кабинете, он усадил меня перед своим заваленным бумагами столом, с неприязнью посмотрел на работавшую в другом конце номера за своим столом молодую женщину явно филлипинского происхождения, и в лоб мне: «Кем вы видите себя в посольстве?».
«Понятия не имею - ответил я - Я вообще не представляю структуру посольства». Мужик принялся обьяснять, что мол они сейчас «understaffed” и у них только политическйи отдел, но вот потом будет экономический, культурный, военный и т.д.
Тут я пошел на знакомый прием. «Look! - сказал я ему - May I talk to you as a man to a man? Мужик утвердительно кивнул и я продолжил: «Мне пару недель назад предлагали хорошие должности, связанные с работой за рубежом, в двух министерствах. Но откровенно говоря, меня они не заинтересовали. Мне нужно содержать семью и мне нужен стабильный и приличный доход. Сколько вы мне будете платить?»
Мужик посмотрел мне в глаза, попросил извинения, вышел и вернулся с двумя чашками кофе: «Ну, начальника отдела я тебе не предложу, это дипломатические должности. Но зарплатой ты будешь доволен. Короче, предлагаю тебе должность моего помощника».
Я мысленно выругался. Должность помощника администратора? Корпеть над бумагами? Но альтернатив у меня уже не было. «Хорошо! - сказал я - Учитывая, что в будущем откроются возможности для перехода в описанные вами отделы, я наверное соглашусь». Мужик ухмыльнулся: «Если я тебя отпущу... Все. Договорились. А теперь иди к администратору обговаривать свою зарплату».
Я выскочил в холл, в полном замешательстве.
- Анна, кто это был???
- Как кто? Временный поверенный Томас Прайс, глава дип миссии.
До двери администратора было пять шагов, но мне нужно было многое обдумать. Мысли понеслись с бешенной скоростью. Так, подумал я, мне только-что предложиди самую высокую для армян должность в американском посольстве. Это раз. Сколько здесь платят я не знаю - и это плохо. Это два. Доллары здесь не платят - это три. Но поскольку мне предложили ТАКУЮ должность, надо все-таки набраться наглости и попросить и рубли и доллары. И я толкнул дверь.
За столом заседал худой непрятный рыжий тип, американец польского происхождения Квятковский. При моем появлении, он закинул ноги на стол прямо у меня перед носом и надменно произнес: «Не знаю, за что тебя Том выбрал, но как ты думаешь, сколько мы тебе должны платить?»
Три месяца до того, еще в АрмСофте, я получал зарплату в 500 рублей в месяц и это было весьма неплохо. Но уже накатывала волна инфляции. Я бухнул первое, что пришло на ум: «Шесть тысяч рублей!».
- Это в год?
- в месяц!
- Я этого не понимаю. У нас обычно квотируют либо годовые, либо часовые ставки
- Ну так рассчитайте!
Квятковский недовольно полез за калькулятором и уложив его на колени за столом, вне поля моего зрения, принялся вычислять часовую ставку. Через минуту он поднял глаза, и не называя полученной цифры, запротестовал :
- Это слишком много. Мы не можем себе этого позволить!
- А сколько вы можете?
- Ну, максимум, 40 рублей в час
- А так я не понимаю, сколько это будет в месяц?
Квтятковский положил каклькулятор боком, так чтобы я его видел и нажал на кнопки. На экране высветилось - 6400 рублей! Больше, чем я просил! Громадные, по тем временам, деньги.
- И ище шестьсот долларов! - нагло потребовал я, но получил отказ.
Идиот Квятковский ошибся при первоначальном делении. Но хода назад у него уже не было. Раскрасневшись от злости, он согласился на эту цифру. И подписал мой первый договор на работу в Госдепартаменте США.
19-го мая 1992 года я заступил на должность протокольного ассистента главы миссии и проработал в посольстве США шесть с половиной удивительных лет. Первые два года - помощником временного поверенного Тома Прайса, а потом и первого посла Гарри Гилмора. А потом еще четыре года строил с нуля и руководил внешнеторговым коммерческим отделом посольства. Это была потрясающая школа жизни, человеческих отношений, насыщенная интереснейшими событиями и захватывающей работой, новыми друзьями и незабываемыми впечатлениями.
Часть из них скоро найдет место в этом блоге. Буду рад, если вам они покажутся интересными.